Как правило, в данной парадигме харизматическое качество приписывается политическим лидерам в явной ex post facto манере и уже на основе этого предпринимаются попытки облечь данные исследования в теоретическую форму. Под харизматическими лидерами обычно подразумеваются влиятельные и успешные политики (например, осуществившие стремительный электоральный взлет или занимающие первые строчки в рейтингах основных политических деятелей государства). Подчеркивается способность харизматических лидеров вызывать доверие, восприниматься экстраординарными, наделенными особой миссией, способностью к проведению радикальных трансформаций.
Различные "героико-мессианские" теории харизматического лидерства весьма популярны в российской социологии. Не в последнюю очередь этому способствуют процессы модернизации, происходящие на постсоветском пространстве. В российском научном дискурсе (а более всего - в публицистике) распространено представление о возможности "истинных" харизматиков в современной политике. Истинных и в плане их действительного, реального (а не созданного и видимого) обладания особым даром, истинных и в том смысле, что они "духовны", "непатологичны", что их функция - "придать новый импульс дальнейшему развитию общества", "стать общенациональным символом веры людей в свои возможности" (А. Кочетков). Сторонники подобных взглядов выражают вполне конкретные надежды на приход настоящего харизматического лидера, способного "одним махом" решить извечные российские проблемы, построить сильное национальное государство, выразить национальную идею и пр. Стоит также заметить, что "мессианская" составляющая харизматического лидерства рассматривается в данном подходе как понятиеобразующая характеристика (см., в частности, упомянутую статью Р. Итвела, где утверждается, что харизматического лидера отличает "чувство миссии радикального политического изменения и/или особого предназначения спасти нацию").
Критики "трансформационных" теорий предлагают рассматривать "мессианство" не как необходимое, а как возможное измерение харизмы, поскольку в противном случае игнорируется ее способность выступать консервирующей, стабилизирующей силой социальной системы. Вывод о неприменимости и сложности использования понятия "харизма" для обычных, "некризисных" ситуаций в отличие от периодов глобальных социальных катаклизмов подвергается сомнению. По мнению Э. Шилза, этот вывод неявно подразумевает, что порядок есть нечто "раз и навсегда данное", тогда как поиск значений присутствует во всех стабильных социальных ситуациях [13]. Предполагается, что во всех обществах люди нуждаются в неких концепциях социального мира, в установлении порядка по отношению к ряду жизненно важных ценностей, среди которых - место человека в мире, рождение, смерть, брак, основные идеи справедливости и пр. Харизматическая склонность рассматривается как "функция потребности в порядке", т.е. харизма прикрепляется к тем индивидам и институтам, которые удовлетворяют потребность в порядке или обещают это сделать. Следовательно, харизма не только прерывает социальный порядок, но также его поддерживает и сохраняет. Шилз полагает, что помимо "интенсивной", "концентрированной" харизмы не меньший интерес представляет харизма "ослабленная", "дисперсная".
Иными словами, предлагается расширительная, плюралистическая концепция харизмы, сторонники которой стремятся к уменьшению разрыва между представлениями о харизме как экстраординарном событии и рутинной повседневности. Теоретики этого подхода (Кл. Гиртц, Ш. Эйзенштадт, У. Мёрфи) придают большое значение символическим аспектам политики и культурной сфере в целом, что выводит на проблематику и исследовательские методы наук о культуре, в частности, культурологии, социальной и культурной антропологии. При данном подходе харизма предстает «качеством, которое приписывается индивидам, действиям, институтам, символам и материальным объектам по причине их предполагаемой связи с "ультимативными", "фундаментальными", "витальными", обуславливающими порядок силами» [14]. В итоге она рассматривается как необходимая характеристика любого типа господства, а именно как "ультимативный источник господства", поскольку она обеспечивает веру в прямую или косвенную связь земной власти с высшей "легитимирующей властью", которой может считаться "воля Бога", "завет" основателей династии, "естественное право" и т.д. Именно эта связь с "высшей" сферой делает обладателя харизмы экстраординарным, а также обусловливает по отношению к нему характерные чувства — страх, трепет, уважение, благоговение и пр.
Другое по теме:
Предмет политологии, ее функции
Политика – важнейшая сфера в жизнедеятельности людей. Существует с древних времен. Политика возникает вместе с государством. В современном мире политика охватывает все сферы жизни.
Политика (греч) = искусство управлять гражданами или гос ...
Политическая мысль Украины
История развития украинской политической мысли отражает специфику исторического развития нашей страны, своеобразие исторической судьбы украинского народа. Главной проблемой раздумий украинской интеллигенции, начиная с 40-х годов XIX в., б ...
Предмет изучения политической истории как научного направления
Предметом изучения политической истории являются закономерности политического и социально-экономического развития общества. Политическая история рассматривает общественно-политические процессы и движения, деятельность различных политическ ...